Понятие метафоры. Классификация метафор Джорджа Лакоффа

Понятие метафоры вызвало разнообразные дискуссии на протяжении всей истории развития лингвистической науки. Но изучалось это понятие и в других науках. Можно утверждать, что именно «метафорическое мышление привело к развитию как языка, так и культуры в целом». Поэтому, в широком культурном поле понимание метафоры присутствует не только в лингвистике, но и в философии, психологии, литературоведении. Исследованием метафоры занимались выдающиеся мыслители - Аристотель, Руссо, Гегель, Э. Кассирер, X. Ортеги-Гассет и многие другие. Метафора и сегодня привлекает внимание представителей различных наук, которые по-разному определяют ее сущность. По мнению Артюновой Н. Д., изучение метафоры «становится все более интенсивным и быстро расширяется, захватывая различные области знаний - философию, логику, психологию, психоанализ, герменевтику, литературоведение, литературную критику, теорию изящных искусств, семиотику, риторику, лингвистическую философию, различные школы лингвистики ».

Прежде чем определить понятие метафоры в лингвистических исследованиях, проследим этимологию этого слова. Термин «метафора» происходит от греческого слова «μεταφορά», что означает перенос. Впервые определение этого термина встречается в «Поэтике» Аристотеля в разделе «Об искусстве поэзии» [1, с.1097], согласно которому "метафора - это перенос слова с измененным значением из рода на вид, либо из вида на вид, либо по аналогии ". Из данного определения следует, что метафора возникает на основе переноса свойств, поэтому ее можно назвать сокращенным сравнением: происходит замещение того, что говорящий имеет в виду, другим выражением. Мне кажется важным подчеркнуть, что метафора - это именно «перенос ... по аналогии», то есть по сходству или подобию, по ассоциации и т. п.. Понятие ассоциации касается мыслительных процессов говорящего, поэтому оно является причиной или толчком к возникновению метафоры .

Метафора также реализуется в речи и является речевым явлением. Впервые оно начало изучаться в риторике, где метафора рассматривалась как «отклонение от нормы, как перенос названия одного предмета на другой». Главной целью метафоры в риторике было украсить речь, оказать влияние на слушателя и убедить его. Поэтому метафора, главным образом, выполняла прагматическую функцию.

Позже изучение метафоры перешло к стилистике, а именно к образной речи, когда метафора начала выполнять образную функцию. Поскольку метафора функционирует именно в речи, следует рассматривать ее как речевой, индивидуально реализованный прием говорящего или пишущего, который он применяет, придерживаясь определенной фигуры речи и используя определенные языковые средства.

Утверждение, что речь индивидуальна, подтверждается исследованиями языка и речи известного швейцарского языковеда Фердинанда де Соссюра и не менее известного немецкого ученого Вильгельма Гумбольдта. Они предоставили более четкое разграничение и определения этих двух понятий, по которому говорение включает индивидуальные комбинации, зависящие от языка говорящих и акты фонации - реализации акустических образов, также зависящих от самих говорящих и необходимые для осуществления этих комбинаций [ 6, с.32].

Ш. Балли продолжил изучение языка и речи и внес особый вклад в возникновение и развитие образной речи. Каждый раз, когда удается определить происхождение образа, человек сталкивается с ограниченностью человеческого ума или с одной из необходимостей, которым подчиняется речевая деятельность человека. Самое большое несовершенство человеческого ума заключается в том, что он неспособен к абсолютной абстракции; он не может выделить чистое понятие, воспринять идею вне всякой связи с конкретной действительностью. Человек уподобляет абстрактные понятия предметам чувственного мира, потому что для нее это единственный способ познать их и ознакомить с ними других. Таким, по мнению автора, является происхождение метафоры: «метафора - это ни что иное, как сравнение, в котором ум под влиянием тенденции сближать абстрактное понятие и конкретный предмет объединяет их в одном слове [7, с.187]. Подобные сближения обычно основываются на нечетких аналогиях, которые иногда кажутся абсолютно нелогичными; однако они достаточно понятно показывают, что же во внешнем мире привлекает внимание человека и в каких образах рисуется ему то, что его разум не может постичь в чисто абстрактной форме. [7, с.187] Благодаря такому определению метафоры можно утверждать, что метафора - результат процесса образного мышления говорящего, которое сочетает разные понятия по аналогии и ассоциации в одном речевом акте.

По-настоящему революционную теорию для понимания метафоры, на основе которой будет базироваться данная работа и последующий анализ, предложили Лакофф и Джонсон (1980; ср. 1999). Когнитивно-лингвистический подход к метафоре и теория концептуальной метафоры стали основанием и образцом для современной науки о языке и ее исследований. Они утверждали, что метафора применяется не только в речи, но и сами процессы мышления человека в значительной степени является метафорическими, и понятийная система человека упорядочивается и определяется метафорически. Метафоры как языковые выражения становятся возможны именно потому, что существуют метафоры в понятийной системе человека. Был введен и обоснован термин «понятийная метафора» или «концептуальная метафора» [3, с.389].

Также Дж. Лакоффом и М. Джонсоном были выделены такие типы метафор, как онтологические, то есть метафоры, которые представляют события, действия, эмоции, идеи и т. д. как некую субстанцию (the mind is an entity, the mind is a fragile thing), и ориентационные, не определяющие один концепт в терминах другого, но организующие всю систему концептов в отношении друг к другу (more is up – less is down; rational is up, emotional is down).

Онтологические метафоры основаны на познавательном потенциале человеческой ментальной системы, и «обслуживают разнообразные цели, типы которых отражаются посредством разнообразных типов метафор».

Ориентационные метафоры в свою очередь «проистекают из того, что наше тело обладает определенными свойствами и функционирует определенным образом в окружающем нас физическом мире». Такое утверждение авторы объясняют на примере метафорического переноса наших физических ощущений и ориентации в пространстве на нечто абстрактное: «happy is up, sad is down; conscious is up, unconscious is down». Т. е. перенос производится на бытийной основе, на уже привычных нам концептах физических ощущений, где они помогают отражать наши ощущения ментального порядка. «Ориентационные метафоры коренятся в физическом и культурном опыте; они применяются отнюдь не случайно. Метафора может служить средством осмысления того или иного понятия только благодаря ее эмпирическому основанию».

Особую роль в языке играют концептуальные метафоры. Они проводят аналогии и строят ассоциации между различными системами понятий. Ранее такими метафорами занимались преимущественно культурологи, которые изучали разрозненность представлений о мире в зависимости от национальности, теперь их рассматривают специалисты по психологии мышления и методологии науки. Особое внимание этой проблеме уделили М. Джонсон и Дж. Лакофф, введя понятие «концептуальной метафоры».Они отметили, что само мышление человека очень метафорично, и концепты и понятия в этой системе упорядочиваются метафорически. Мы живем концептуальными метафорами, они сопровождают каждый наш день не только в языке и речи, но и в мышлении и действиях. Концептуальная метафора стоит на пересечении знаний между одной концептуальной областью и другой. Она переосмысливает явления одного рода в терминах явлений другого рода. Концептуальная метафора образуется в результате метафорического мышления.

Когда возникает новая реалия, говорящий начинает проводить аналогии с похожими, уже существующими понятиями, возникают ассоциации с понятиями предыдущего опыта, а следовательно, возникает метафора. Такой подход к изучению метафоры принадлежит когнитивной лингвистике. Само понятие концепта и концептуальной метафоры дали большой толчок развитию этой науки. Большой вклад в исследование этого вопроса сделал Эрл Маккормак. Автор объясняет возникновение метафоры в процессе познания. Он предлагает для этого предположить, что существуют так называемые глубинные структуры человеческого разума, благодаря которым разум сопоставляет самые разные семантические концепты. Метафора объединяет сходство между свойствами семантических референтов с непохожестью между ними, поскольку она создает новое содержание. По Э. Маккормаку существует два уровня глубинных структур: семантический и когнитивный, которые не являются взаимоисключающими, поскольку в основе семантического процесса лежит когнитивный процесс. Но эти уровни и не являются тождественными, поскольку автор допускает и наличие невербальных когнитивных функций, например те, что помогают художникам выражать свои чувства без слов. [3, с.359] Ученый рассматривает метафору изнутри и снаружи. Метафоры изнутри функционируют как когнитивные процессы, благодаря которым мы углубляем наши представления о мире и создаем новые гипотезы, а снаружи - как посредники между человеческим разумом и культурой. [3, с.360] Таким образом, метафоры не только меняют язык, но и мировосприятие. Такой взгляд еще раз подтверждает мнение о том, что метафора может рассматриваться в узком и широком смысле. В узком смысле метафора функционирует в речи, а в широком она функционирует в языке и мышлении (лексическое значение основывается на понятии), влияет на процессы познания, на развитие речи и даже культуры.

Если же говорить о метафоре в широком смысле, функционирующей в языке и мышлении, то в таком случае в любом тексте любого стиля и жанра мы встретим метафору. Благодаря метафорическим процессам происходит познание и номинация, семантика развивается как в семасиологическом, так и в ономасиологическом аспектах, возникают новые термины, новые языковые выражения, словосочетания, а следовательно метафора становится словами и выражениями общего использования. Зачастую мы даже не задумываемся о том, что то, или иное выражение или словосочетание являются метафорическими, поскольку метафора, которая некогда была механизмом их возникновения, теперь не ощущается. В текстах любого функционального стиля трудно заметить концептуальную метафору, не исследуя ее специально, потому что перенос признаков одного предмета или явления на другой состоялся еще во время возникновения самого же понятия, а потом и слова. Для того, чтобы это представить, можно рассмотреть пример концептуальной метафоры, который предлагают М. Джонсон и Дж. Лакофф [3, с.388]: -THE ARGUMENT IS WAR или -СПОР - ЭТО ВОЙНА. В данном случае концепт -СПОР содержит лексику, которая характерна для описания войны: -I've never won an argument with him - Я никогда не побеждал в споре с ним, - If you use that strategy, he'll wipe you out -Если вы будете придерживаться этой стратегии, он вас уничтожит. Этот пример подтверждает то, что мы употребляем концептуальные метафоры ежедневно, не важно, в каком стиле, часто даже не замечая этого.

Таким образом, «концептуальные метафоры», как их обозначили М. Джонсон и Дж. Лакофф в языке - это языковые выражения, которые возникли благодаря метафорическому мышлению и укоренились в языке как устоявшиеся выражения и словосочетания. Метафора придает словам новое лексико-семантическое значение, дает развитие речи. Ее роль в языке и речи значительна, особенно в отношении всех абстрактных понятий и явлений, поскольку их трудно объяснить словами в прямом смысле. Метафора порождает синонимию и полисемию, развивает системы терминологии и эмоционально-экспрессивной лексики, создает новые лексические и фразеологические конструкции. Без нее не было бы предикатов широкой сочетаемости, например, предикатов движения; слов, обозначающих абстрактные понятия, которые мы не можем увидеть или почувствовать; многозначных слов и т. п. Метафора играет огромную роль в языке и речи, поскольку выполняет номинативную, объяснительную, эмоциональную, семантическую и прагматическую функции.